Пословицы о Руси, родине

Собирались кулики, на болоте сидючи, - они суздальцы и володимирцы (из песни).

Владимир: деревянные печи, золотые ворота, железные церкви (деревянная печь была в архиерейском доме Успенского собора; золотые ворота известны; железная церковь была у Рождественского монастыря).

Владимирцы: и наши молодцы (как вологодские) ни бьются, ни дерутся, а кто больше съест, тот и молодец. Стерлядники.

Во Владимире и лапшу топором крошат (обычай этот держится только в вольных, т. е. казенных, деревнях).

Суздальцы - богомазы. Георгия замест Пятницы (св. Параскевии) променяли (образа не продают, а меняют).

В Суздале да в Муроме богу помолиться, в Вязниках погулять, в Шуе напиться. Суздальцы - сальники.

Шуяне: кабы мне крепкого мыльца. Беса в солдаты отдали.

Шуйский плут хоть кого впряжет в хомут; в Питере бывал, на полу сыпал, и то не упал.

Юрьевцы - китаешники.

Ковровцы - офени, коробейники, проходимцы; картавые (за офенский язык).

Онтуфьевцы - мынки (Переяславский уезд. Они говорят "мынь" вместо "мол", "дескать").

Кижила (Переяславский уезд) из ума вон выжила. Кижане золотую грамоту просили.

Лыченцы (Переяславский уезд) - телятники.

Ярославль городок - Москвы уголок (это говорится о многих других городах).

Ярославцы: красавцы, белотельцы, песенники, запевалы, чистоплюи. Пуд мыла извели, а родимого пятнышка у сестры не смыли.

Конфетчики, кукушкины детки (мужики мало дома живут). Спаса на воротах продали.

Сказывают, что в вашем Ростовском государстве Ростовское озеро сгорело.

У нас-ти в Ростове, чесноку-ти, луку-ти, а навоз-ти все коневий.

Огородники, птичники, каплунники. Ростовский каплун.

Ездил черт в Ростов, да напугался крестов.

Вот, парья (парни), наш царь: шильце в руках и щетинка в зубах; звоните в била, клепала (галичане о ростовцах).

Пошехонцы - слепороды: в трех соснах заплутались. За семь верст комара искали, а комар на носу. На сосну лазили, Москву смотрели. Я слушаю: кто свищет? ан это у меня в носу. Ноги под столом перепутали. С краю не ложатся, а все в середину (о пошехонцах Яро

Угличане: небось, небось, батька, ведь это не наше (отец с сыном пошли воровать: отец трусил, сын его ободрял).

Толокном Волгу замесили (или: перепрудили; говорится также о вологжанах и др.).

Романовцы - схорони концы. Барана в зыбке закачали (украв, спеленали и положили в зыбку, чтобы спрятать). Вот вам правая рука, даю через милое дитя, да коли я украл, то и ему бы на ноже поторчать.

В Романовщине (Ром. околоток, того же уезда, мелкопоместный) столько барских дворов, сколько у зайца ломов (т. е. прыжков).

Даниловцы - любимые ловцы, невыдавцы. Кошкодавы: кошку не купили, а на базаре задавили.

Всесвятская кашица, по три деньги аршин.

Любимцы - козу пряником кормили. Водохлебы.

Не учи козу, сама стянет с возу, а пречиста рука все причистит.

Двенадцатый час, а матушка с миру не бывала (т. е. со сходки; мужики все в заработках, а бабы в десятских).

Мологжане - коноводы (т. е. управляют коноводками по Волге).

Рыбинцы: у девушки родимое пятнышко смывали, нарочно баню топили.

Сицкаря топор одевает, топор обувает, соха кормит (на р. Сити).

Сицкая кокора (сицкари - барочники, плотники).

Нижний - сосед Москве ближний: дома каменные, люди железные. Воды много, а почерпнуть нечего (Нижний, на двух реках, но на горе).

Стоят нижегородцы на горе, смотрят да бают: чай, примечай, куда чайки летят (нижегородцы часто говор. чай).

Бородка - нижегородка, а ус макарьевский.

Нижегороды - не уроды. Нижегородцы - водохлебы (т. е. чайники).

Нижегород - либо мот, либо вор, либо пьяница, либо жена гулявица.